Татьяна Друбич: старость явно не для слабых людей

Татьяна Друбич начала сниматься в 13 лет и сыграла в замечательных фильмах («Сто дней после детства», «Спасатель», «Асса», «Анна Каренина» и многих других).

При этом никогда не считала актерскую профессию основной: по образованию врач- эндокринолог, в зените славы продолжала ходить на работу в районную поликлинику. Позже занималась бизнесом, а сейчас является со-председателем попечительского совета московского благотворительного фонда помощи хосписам «Вера».

Мне нравится, что эта внешне хрупкая, беззащитная и нежная женщина умеет смотреть правде в глаза. Она легко и точно говорит о том, о чем многие не решаются даже подумать. Один из ее любимых фильмов – «Любовь» Хенеке. Фильм, который многие не решаются смотреть потому, что он о старости, боли и болезни, забывая, что в первую очередь он о любви.

О счастье
«Есть люди, от которых явственно исходит благодать, – я всегда счастлива в их присутствии, чаще всего без причины. Гении хороши тем, что с ними не надо говорить. Сказать они все равно ничего не могут – они такие, как есть, и этого не объяснишь. Но от них исходит счастье».

«Но одно серьезное преимущество у России есть. Здесь, где полгода зима и много других привходящих обстоятельств, надо уметь противопоставлять им что-то очень серьезное, чтобы быть счастливым. Если вы это умеете – вы уже состоялись».

О человеке потребляющем
«А сейчас какая-то новая ступень эволюции, подвид, но я не знаю еще, какой. Знаю только, что с ним трудно найти общий язык: его радуют, оскорбляют, пугают совершенно другие вещи… Я думаю, это человек потребляющий, это такая его доминанта – не производящий, не выдумывающий, а ориентированный на потребление как главную задачу.

Оказывается, можно быть гением потребления. Я не говорю, что этот новый человек хуже. Но он более пластиковый, конечно. Я даже думаю, что эта эволюция стала очевидна с того момента, как начались пластиковые деньги».

О любви и старости
«Есть две травмы: любовь и возраст. Как замечательно сказал один мой друг, старость – это не для слабаков. И смерть не для слабаков, добавлю я. Но надо же как-то заканчивать всю эту историю, если родились, куда-то выводить ее, на какой-то результат… Это иллюзия, что можно загородиться детьми или сделанным. Вот «я родила» или «я написал»… Надо жить, и жить как-то так, чтобы в целом это не выглядело противно.

И с любовью так же – это всегда боль и всегда зависимость. Но я бы так сказала, что это боль… которая делает тебя человеком. И смерть – это вещь, которая делает тебя человеком. Будь бессмертие – Господи, чего бы все наворотили! Или вообще бы, наоборот, ничего не сделали – времени-то вон сколько…».

Об окружающих
«Мы живем в непростое время, когда нас подстерегают испытания разного толка. И часто знакомые проявляют себя совершенно неожиданно, как будто и не знал их раньше, — настолько они кажутся чужими и случайными в твоей судьбе. Но видя так много горя и сострадания, понимаешь, что все равно люди лучше, чем сами о себе думают».

О благотворительности
«Меня вот многие спрашивают: зачем тебе это надо? Я отвечаю: «Чтобы не сойти с ума, не скурвиться и просто остаться человеком». Я же все это на самом деле для себя делаю»

Обязательно не забудь поделиться статьёй с друзьями!

Источник